Художественный мир в романе Курта Воннегута "Сирены Титана"

Дорога - место встреч, событий, знакомств и т.д. Она вьется вокруг других сюжетный линий и связывает мир произведения. "Это точка завязывания и совершения событий"9. Мотив порога может сочетаться с хронотопом биографического времени, но обычно дополняется мотивами кризиса и перелома в жизни персонажа. Этот мотив имеет метафорическую, символическую, но чаще всего имплицитную формы. Отличительной чертой этого хронотопа является его "размытые" временные рамки. Он может быть кратким как вспышка молнии, внедренным в более продолжительный мотив, а может быть впаян в плотный ход длительного биографического времени. Из этого можно сделать вывод, что два наиболее важных для конструирования художественного мира аспекта - время и пространство - не только тесно связаны друг с другом, но и сливаются в единое целое. Причем эти сочетания имеют жанровую принадлежность. Наряду с вышеперечисленными, необходимо выделить следующие характеристики внутреннего мира произведения, а именно психологический и нравственный мир. Как и все другие аспекты психологический мир является принадлежностью определенного произведения. Он может в корне отличатся от существующих психологических и психиатрических теорий, может заимствовать оттуда некоторые черты, но так или иначе, существует некая "психологическая среда" произведения, которая диктует стиль поведения персонажей. Это общий потрет психологии действующий лиц - "особый тип реакции на внешние события, особая аргументация и особые ответные действия на аргументы антагонистов"10. Социальное устройство художественного мира также должно анализироваться как присущее данному произведению, а не как взгляды автора на социальные проблемы реального мира. Нравственная сторона имеет "непосредственное "конструирующее значение"11. Категории добра и зла претерпели изменения с развитием литературы. Абсолютно четко разграниченные понятия размываются со временем. Различные жанры начинают оправдывать зло объективными причинами, рассматривать как социальный и религиозный протест (как например в романтизме). В классицизме зло приобретает историческую окраску, становится над миром. Все перечисленные раннее аспекты - компоненты художественного мира произведения. Каждый занимает определенное место и необходим для данной системы, как краеугольный камень. Художественный мир словесного произведения представляет собой законченную и заключенную в определенные рамки систему. Так как эта система живет по своим, свойственным только ей законам, принципам, имеет свое пространство, время, психологию, мораль, социальную и материальную среду, то все они являются значимыми категориями при анализе произведения. Нельзя оценивать произведение в рамках одного аспекта, так же как и нельзя затронуть все аспекты по отдельности, не принимая во внимание их взаимосвязь и отношения. Лишь комплексное исследование всех аспектов дает полную картину мира, созданного писателем. Определенный художественный мир как система характерна не только для данного произведения, но и для творчества писателя в целом, по крайней мере на каком-то этапе. Как писал Д.С. Лихачев: "Литература "переигрывает" действительность.

Некоторые из них как бы проникают сквозь слои и регенерируются вновь в ином обличии. Есть некий первый слой - мир, созданный автором, затем идет мир, созданный созданным миром и т.д., причем периодически наружу всплывают уже виденные миры и требуют к себе внимания, сами подставляясь под сюжет. Если брать во внимание, что художественный мир произведения некая замкнутая система, то возможно такое его представление - Воннегут придумал планету Тральфамадор, ее историю, жизнь и судьбу, обитатели которой создали жизнь на Земле, чтобы претворить в жизнь свою идею (донести приветствие в далекую и чужую галактику). Но можно ли тогда считать Румфорда в той же мере создателем. Или он просто исполнитель 'на месте' воли и желания тральфамадорцев. Нужно ли выделять Марс, Меркурий и Титан в отдельные миры, или они являются неотъемлемой частью второго мира - мира, созданного Тральфамадором. Так как в "Сиренах Титана" идет речь не о романе в романе как о художественном произведении, а о единстве и борьбе реального и нереального миров, то мне представляется логичным разделить миры не по планетам и создателям, а по сущности существования - мир “незнания” (авторский), сконструированный романный мир (фантастический), мир реальный. Причем о первом мире мы не имеем никакого представления и можем лишь догадываться о его истоках, даже закончив читать роман. Писатель стоит на границе и не пуская никого в свой мир, ни пытается проникнуть и в созданный им. Мы не знаем ни принципов, ни идеалов, ни законов этого мира. Писатель не пытается повлиять на события и персонажей, будучи лишь наблюдателем. Лишь к концу произведения, уяснив все идеи и проблемы романа, можно говорить об авторском мироощущении. Второй слой - мир фантастики. Это во-первых, созданная Воннегутом планета Тральфамадор. Планета, населенная роботами, - одна из наиболее распространенных атрибутов фантастики – это одна из утопий Воннегута. Идеальное “машинное” общество, которое ставит своей целью донести приветствие от одного края Вселенной до другого, привлекает Воннегута своим отношением к жизни. Раз существа не властны над своей судьбой и все предрешено, то почему бы, живя, не использовать принципы “здорового” фатализма. Во-вторых, в этот слой входят все участвующие планеты, и в то числе созданная обитателями Тральфамадора человеческая цивилизация. Которая, в свою очередь, порождает Румфорда, который создает свой мир - Марс. Но он не углубляется дальше, разбирая матрешку, а возвращается на слой раньше. То есть мир реальный и фантастический вполне могут сосуществовать и взаимодействовать в романе посредством фантастических деталей. Пребывание в состоянии волнового феномена позволяет Румфорду беспрепятственно и безболезненно совершать не только путешествия между планетами Солнечной системы, но и унестись в другую Галактику. Персонажи могут передвигаться как вдоль своего пространства, так и поперек в соседние. Сопротивление материального мира сведено в романе почти на нет. Природа ни на Земле, ни на других планетах не является враждебной человеку силой. Планеты в романе имеют прототипы из реальной жизни, но они ограничены географическими рамками.

Жизнь течет вокруг, а герои Воннегута не делают никаких попыток изменить ее или повернуть в другую сторону. Более того они всячески стараются ничем не привлечь внимание Высших сил, которые у Воннегута управляют всем существованием человечества. Успех приходит только благодаря “удаче”, которая не является “перстом Божьим”, равно как и неудача, и зиждется на песке, который может осыпаться в любую минуту. В своих работах критики (Питер Рид, Эрнст Рэнли) отмечали, что выделить эти две присущие произведению категории чрезвычайно трудно, а скорее всего просто невозможно. В статье “Wha Are People For?” (Commo weal h; Commo weal h Publishi g Co., May 7, 1971) Рэнли писал, что "отец Воннегута жаловался, что в его (Воннегута) рассказах нет злых героев. Даже в замечательной книге о бомбежке Дрездена "Бойня номер 5" нет злодея. Но у Воннегута нет и героев"29. Морин Ховард описывает героя произведений Воннегута как "непонятно чем недовольного простофилю в мягкотелом обществе" (Howard, Mauree ; i Par isa Review, o.1, 1970, pp.132-133)30. И если главные действующие лица автоматически подпадают под разряд героев, то описание очень верное. В "Сиренах Титана" оба главных "героя" представляют собой довольно жалкое зрелище, несмотря на их богатство или происхождение. Мающийся от скуки плейбой и высокомерная богачка, боящаяся хоть "капельку замараться" - вот два "героя", которым суждено развивать сюжет, так как назвать их злодеями невозможно из-за их бездеятельности. По мнению Питера Рида "недостаток героев и злодеев почти неизбежное следствие мира, созданного Воннегутом. Трудно представить себе людей истинными героями или злодеями в мире, где они заложники, едва способные контролировать свою судьбу, и где их действия подвластны случаю. В таком мире нет места "трагическому порыву"31. Большинство героев Воннегута жалкие маленькие существа, ведомые по жизни чьей-то волей, не несущие ответственности за свои поступки, не могут олицетворять собой злое начало в романе. В автобиографическом коллаже Palm Su day Воннегут пишет, что его книги лишний раз доказывают, что "в своей основной массе люди невинны, какие бы ужасные, нелепые или восхитительно поступки они не совершали"32. Румфорд, наделенный способностью беспрепятственно передвигаться в пространстве и предсказывать будущее, становиться во главе своей толпы, становиться ее Богом, отцом и наставником. Несмотря на отрицание своей божественности, Румфорд использует возможность поиграть судьбами людей, почувствовать себя всемогущим. Но он уже ступил на путь разложения, все его гуманистические идеи покрыты дымкой насмешки и иронии. С невыносимой легкостью, в которой проскальзывает издевка расшалившегося ребенка, он предсказывает судьбу Малаки, его женитьбу на Беатрис. Румфорд “добродушно” и “ласково” говорит, “невесело” смеется, его движения “мягки”, а улыбка “сияет”. Все это создает иллюзию слегка уставшего доброжелателя, который печется о бренном мире. Но при этом он “легко коснулся руки Константа. Это был жест политикана – вульгарный, рассчитанный на публику жест человека, который у себя дома, среди себе подобных, готов изворачиваться изо всех сил, только бы до кого-нибудь не дотронуться”33.

Логорея

Как ни странно, на этом диске все звучат одинаково: очень напыщенно и с едва заметным безумием в голосе. Я прочитал около трети «Буша на войне» и когда-нибудь, допускаю, могу вернуться к этой книге, но настроение, в котором я сел за нее, быстро сменилось, да и потом, ожидал я от нее немного другого: на мой взгляд, тон Вудворда больно уж панибратский и благожелательный. Зато я выяснил, что агенты секретной службы разбудили Джорджа Буша 11 сентября 2001 года в 23.08. Разбудили! Разве ему нечем больше было заняться тем вечером? И ему ничто не помешало спокойно заснуть? Знаете, окажись я на его месте, я бы до следующего утра не заснул, я бы пил и курил, не отрываясь от телевизора, а на следующий день от меня бы не было никакого проку. Но ведь не может такого быть, чтобы политики на самом деле проявлялись не в решении глобальных проблем, а в умении в определенный момент быстро отрубиться. Большинству достойных людей не спится по ночам, и, видимо, поэтому в этом мире такой бардак. Декабрь 2003 и январь 2004 КУПЛЕННЫЕ КНИГИ: • Майкл Льюис «Мяч и деньги» • Чарльз Бакстер»Сол и Пэтси» • Джинси Уиллет «Обладатель Национальной книжной премии» • Джинси Уиллет «Дженни и жернова жизни» • Курт Воннегут «Сирены Титана» • Марк Зальцман «Правдивые записные книжки» ПРОЧИТАННЫЕ КНИГИ: • Уилки Коллинз «Без имени» • Майкл Льюис «Мяч и деньги» • Шарлотта Мур «Джордж и Сэм: Аутизм в семье» • Курт Воннегут «Сирены Титана» Для начала я должен извиниться ... »

Цифровой журнал «Компьютерра» № 22 21.06.2010

Видите, сколько ссылок? Да, действительно, там все «жгло не по детски», как принято говорить в Сети. Чёткая работа 8-й воздушной армии США и Королевских ВВС. Масса написанных книг, в том числе и широко известный в России роман Курта Воннегута, наблюдавшего бомбежку из плена, «Бойня номер пять». И даже тексты российских авторов, возмущающихся бесчеловечностью поступка союзников. Даже специальный термин Bombenholocaust, который используют германские националисты. А у нас то, что на букву "Д"? Ну вот давайте наберем «бомбардировка Дорогобужа». Видите, ссылок на три порядка меньше. В основном любители военной истории упоминают бомбардировку в Отечественную войну 1812 года. И пара упоминаний в форумах про Смоленское сражение 1941 года. А ведь Дорогобуж был сожжен одним воздушным налетом в августе 1941 года. Это был деревянный, в зелени садов, город (на начало ХХ века 1043 деревянных и 68 каменных домов), льнообрабатывающий и масло-сыроваренный завод (был известен мягкий и острый дорогобужский сыр), никакого военного значения ... »

История Фэндома (КЛФ - 08)

Успех "гуслярских" рассказов превзошел все ожидания, и не случайно поэтому из-под пера Булычева следом вышло еще десятка два рассказов на ту же тему. В стиле Кира Булычева "гуслярский цикл" продолжает студент IV курса филфака Роман АРБИТМАH, рассказ которого предлагаем вниманию читателей. История фантастики: О "Сирены Титана" К. Воннегута (1983) ?????????????????????????????????????????????????????????????????? Хатькова И. Курт Воннегут, Малачи Констант и планета Тральфамадор (Заря молодежи (Саратов).- 1983.- 28 июля.- (№ 89 (8707)).- С. 3.). ХУДОЖЕСТВЕHКЫЙ мир Курта Воннегута непривычен. Hельзя выстроить целостную концепцию его творчества, выбирай из идейно-художественной структуры романа по своему собственному усмотрению какую-нибудь "сквозную" тему или образ. Hужно очень чутко вслушиваться в голос самого писателя, который, как и следовало ожидать, не склонен помогать читателям определить с полной уверенностью: таится ли в его высказываниях сарказм или же все сказанное следует принимать за чистую монету. Художник предоставляет догадываться об этом самим.. ... »

Готические романы Анны Рэдклиф в контексте английской литературы и эстетики XIX века

Остановимся на творчестве Анны Рэдклиф поподробнее.§ 4 Художественный мир романов А. Рэдклиф Анна Уорд Рэдклиф (1764-1823), английская романистка, по праву занимает в истории мировой литературы место одного из основоположников жанра готического романа. Она родилась в Лондоне в довольно знатной семье лондонского торговца и дворянина Уильяма Уорда. С 1772 года и до замужества Анна Рэдклиф жила в Бате, где посещала школу Софии Ли, довольно популярной в свое время сочинительницы. В 1787 году Анна выходит замуж за выпускника Оксфордского университета Уильяма Рэдклифа, позднее владельца и редактора «Инглиш кроникл», одного из наиболее влиятельных периодических изданий конца XVIII века, и переезжает в Лондон. По поводу личности Рэдклиф историки литературы располагают весьма скудными сведениями. Не сохранилось ни портретов писательницы, ни ее переписки с друзьями. По свидетельству В.Стахеева, она была очень миловидной дамой среднего роста и необыкновенно пропорционального сложения. Известно, что в течение многих лет Анна Рэдклиф страдала астмой и в начале 1823 года заболела воспалением легких, а потом воспалением мозговых оболочек. Эта болезнь и свела ее в могилу 7 февраля 1823 года. открыть »

Творчество Солженицына

А только отечества, отечества, и разные у всех.». Почти математическая упорядоченность этого образа объясняет композиционную структуру романа, дающую возможность совместить «круги» художественного мира, романные хронотопы, в принципе, казалось бы, несводимые в одном сюжете: высшие круги МГБ, заключенные Марфинской шарашки, дворник Спиридон, писатель Галахов, жены, безнадежно ждущие своих мужей из заключения, высшая советская номенклатура, чиновники МИДа. Звонок Володина оборачивается роковым кругом, который описывает «Победа» на Лубянской площади перед зданием МГБ: «Повинуясь правилам уличного движения, автомобиль обогнул всю сверкающую Лубянскую площадь, словно делая прощальный круг и давая Иннокентию возможность увидеть в последний раз этот мир и пятиэтажную высоту слившихся зданий Старой и Новой Лубянок, где предстояло ему окончить жизнь». Это лишь один из символов круга, реализованных в романе. Словно обращаясь к опыту Данте, который поместил языческих мудрецов не в рай, но в первый круг ада, Солженицын описывает мир шарашки как первый Дантов круг. «Шарашку придумал, если хотите, Данте. открыть »

Владимир Владимирович Набоков. Ада, или Страсть

«Ада» — это грандиозная пародия на разные литературные жанры: от романов Льва Толстого через цикл Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» до фантастики в духе Курта Воннегута. Действие романа проходит в стране, которая возникла из предположения, что Куликовская битва (1380) закончилась победой татаро-монголов и русские, спасаясь, устремились в Северную Америку — с потомками этих переселенцев, живущими в Амероссии в середине XIX в., мы и знакомимся. А на месте России раскинулась, укрывшись за Золотым занавесом, загадочная Татария. Все это находится на планете Антитерра, у которой есть планета близнец Терра Прекрасная — хотя в её существование верят в основном сумасшедшие. На карте Терры Амероссия естественным образом распадается на Америку и Россию. События на Антитерре — это запоздалое (лет на пятьдесят — сто) отражение событий на Терре. Отчасти поэтому в XIX в. попадают телефоны, автомобили и самолеты, комиксы и бикини, кинофильмы и радио, писатели Джойс и Пруст и т. д. Но главное в том, что все это сочинено Ваном Вином, полагающим, что реальный мир — всего лишь яркие события, вспыхивающие в его памяти. открыть »

Языковые особенности дилогии П.И. Мельникова "В лесах" и "На горах"

Это память, приведенная в действие внутренним духовным усилием. Потому и действует. Вне духовной задачи не работает в тексте ни одна этнографическая краска. Ни у Белова, ни у Солоухина. Ни, смею думать, и у Печерского. У Печерского, особенно в первом романе, где он еще только нащупывает систему, этнография кое-где "отваливается", как штукатурка. Две-три главы стоят особняком: языческие обычаи, пасхальные гуляния, "Яр-Хмель". Сразу чувствуется ложный тон: натужная экзальтация, восторги, сопровождаемые многозначительными вздохами, олеографические потеки на крепком письме. Эти места видны (я могу понять негодование Богдановича, издевавшегося над тем, что у Печерского что ни герой — то богатырь, что ни героиня — красавица писаная). Но много ли в тексте таких "масляных пятен"? Повторяю: две-три главы особых, специально этнографических. Ну, еще с десяток-другой стилистических завитков в других главах. Как же объяснить остальное: весь этот огромный художественный мир, дышащий этнографией и, тем не менее, художественно живой?» . 2. «Эпопея Печерского - книга о русской душе, идущей сквозь приворотные соблазны. открыть »

Рассказ М.Ю.Лермонтова "Герой нашего времени"

Эта формула явно недостаточна. Выходит так, как будто реализм был одинаковым для всех пунктом назначения - надо было только найти путь к нему, а романтизм был всего-навсего только неизбежным «проходом» к этому сборному пункту». Особенно жарко разгорелись споры о методе « Героя нашего времени » на V Всесоюзной Лермонтовской конференции в 1962году, где этой теме было посвящено сразу три доклада. В одном из них метод трактовался как реалистическое произведение (В.А.Майков), в другом - как реалистическое с элементами романтизма (У. Р. Фохт), в третьем - как романтическое (К.Н. Григорьян). Позже появилась работа, в которой было сделана попытка обосновать четвертую точку зрения на метод « Героя нашего времени » как синтез романтизма и реализма. Сам факт возможности таких разноречии и таких контрастов, наличие действительных, бросающихся в глаза разногласий в творчестве и творческом методе Лермонтова говорят о многом. Реальные противоречия действительности породили художественный мир Лермонтова. Можно предположить, что именно этот «синтетический реализм» Лермонтова и был тем новым и самобытным методом, который привнес писатель в русскую литературу и тем обогатил ее. И. В. Карташова акцентирует внимание на реальной многосложности творческого метода в лермонтовском романе: «Роман Лермонтова - сложнейшее явление русского историко-литературного процесса. открыть »

Роман "Проклят и убит" В.П. Астафьева в контексте идейно-художественной эволоции творчества писателя

Теплится еще в сердцевине человека христианская мораль. Но карает Бог «невиданной карой», истребляя российский менталитетный дух и превращая «скопища людей» в «скотину», «животных», заживо лишаемых христианской души. Роман организован вокруг проблемы: разлада между патриотизмом и христианской совестью. «Противоположность военного дома перед государством, солдатской чести и христианского мировидения – реальность этого художественного мира. Если советский суд противоположен Божьему суду как заведомо неправедный (« суд здесь не Божий, а советский»), значит, защищать антихристианское государство (то есть советских учителей, советских врачей и так далее) в определенном – страшном – смысле означает поступать против своей христианской совести». Может быть поэтому у героев Астафьева в большинстве случаев отсутствует патриотическое воодушевление? Ведь люди из сибирской глубинки едут защищать совершенно чужое им государство, с чуждыми для них ценностями. Родина и «Бог небесный» накануне самой страшной войны в российской истории оказались враждебны друг другу. Бог мешает воевать «за Родину» Коле Рындину, ведь именно на советской Родине его «отменили», выгнали, оплевали». открыть »

Концепты общества потребления во французской литературе 50-60-х годов 20 века на примере романов Э. Триоле "Розы в кредит", Ж. Перек "Вещи" и С. де Бовуар "Прелестные картинки"

В сюжете отсутствуют события, отсутствует описание духовной, творческой, Ж. Перек Вещи профессиональной жизни героев, их увлечений, чтения книг, посещения театров, даже пейзаж и описание любования красотой мира отсутствует в романе. При этом художественный мир романа до предела насыщен описанием вещей, что мотивировано совпадением пространственно-временных точек зрения автора художественного с точками зрения героев: автор как бы объясняет читателю, что он вводит в роман такую схему описания вещей, т.к. интересом только к вещам заполнена вся духовная жизнь героев. Свое сниженно-ироническое, подчеркнуто оценочное негативное отношение к своим героям автор художественный мотивирует очень просто: герои низки, потому что над ними тяготеет только желание иметь вещи, они «такие»-«уж такими они были», все в мире им по зубам», «они влюблены в свободу», «облегчало дело то, что они жили компанией», «безостановочно болтали», и.т.д и.т.п. Введение сниженных оценочных слов в характеристики героев как бы уничтожает их, призвано снижать их восприятие читателем. открыть »

Готический роман

В этом отношении "Грозовой перевал" стал символом перехода от одной литературной традиции к другой и свидетельством становления новой и значительной школы. ПРОСТРАНСТВЕННАЯ ДОМИНАНТА В ГОТИЧЕСКОМ РОМАНЕ Одной из ведущих форм готического типа сюжетного развертывания образа человека и мира является особая пространственная организация произведения. Развертывание сюжета происходит в связи с продвижением героя в глубину сложно организованной системы пространств “готического топоса” - старинного строения, которое становится также организующим началом развертывания пространств внутреннего мира героя. Понятие сюжетного развертывания охватывает различные формы деятельности творческого субъекта как творческой разработки и развертывания в большой художественный мир произведения какого-то материала, ситуации, мотива, связанного с определенными аспектами человеческого бытия. Писатель разрабатывает эти аспекты, изолируя их и перенося в необычный предметный ряд, задерживаясь на них, развертывая и драматизируя. Таким образом, автор высвобождает скрытую в материале энергию, достигая максимальной интенсивности его восприятия. открыть »

Эмигрантские романы Ремарка в восприятии литературной критики

А сколь увлекательной сферой человеческой деятельности оказывается под пером Ремарка торговля искусством, мир антикваров и коллекционеров! «“Земля обетованная” — это незавершенное полотно, в котором даже композиция лишь угадывается, а кое-где проплешинами пустоты зияют пятна загрунтованного холста, но замысел в целом безусловно захватывает, а отдельные лица и мотивы выписаны с такой мощью, с такой азартной экспрессией, с таким неподдельным любопытством к материалу, к фактуре, а иной раз и с таким веселым озорством, что прорехи и огрехи только оттеняют несомненную силу живой и узнаваемой художественной манеры. Роман обрывается, по сути, на полуслове, так что на последней странице этой журнальной публикации читатель не найдет привычного уведомления в скобках: не будет ни продолжения, ни окончания. Боюсь, что эта наша встреча с творчеством Ремарка действительно последняя. Впрочем, в ближайших номерах “Иностранной литературы” можно будет познакомиться с фрагментами созданной Вильгельмом фон Штернбургом, биографии писателя, дабы убедиться в том, что жизнь Ремарка увлекательностью и крутизной сюжетных поворотов временами не уступала его романам». открыть »

Шуты и юродивые в романах Ф. Достоевского

Вообще осознание своей правоты, даже если герой действительно прав с точки зрения любого обычного человека, даже если он «унижен и оскорблен», делает его «виноватым» в художественном мире Достоевского. Осознание своей правоты и вины окружающих разъединяет человека с миром, порождает гордость и презрение к миру. Таковы, например, Настасья Филипповна, Катерина Ивановна («Преступление и наказание»), Marie Шатова до рождения ребенка. Совсем иначе относится к миру Соня Мармеладова: она никого не винит, она себя ощущает «великой грешницей» (VI, 246). Так и Хромоножка не чувствует себя обманутой или осмеянной Ставрогиным, а напротив, ощущает свою вину перед ним, готова на самопожертвование ради него. Она говорит: «Виновата я, должно быть, перед ним в чем-нибудь очень большом ( ) вот не знаю только, в чем виновата » (X, 217). Показное самоуничижение традиционного юродивого превращается в романах Достоевского в идею растворения личности в мире и осознание каждым человеком своей вины перед всеми. Идеальный юродивый должен был соблюдать равновесие между ощущением своего влияния на мир и в то же время чувством своей ничтожности и греховности в этом мире. открыть »

Фантастика и реальность в романе М.А.Булгакова "Мастер и Маргарита"

Или Маргарите, просившей защиты у дьявола, получить награду у Бога? В решении романа «мастер и Маргарита» много нюансов, оттенков, ассоциаций, но все они как в фокусе сходятся в доном: это решение естественно, гармонично, единственно и неизбежно. Мастер получает именно то, чего неосознанно жаждал. И Воланд с окончательном тексте романа не смущает его разговором о неполноте награды. Об этом знают Воланд, Иешуа и Левий Матвей. Знает читатель. Но Мастер и Маргарита ничего не знают об этом. Они получают свою награду сполна. Гротеск в романе «Мастер и Маргарита». В своем итоговом романе «Мастер и Маргарита» Булгаков обращается к реалистическому гротеску как главному принципу художественного обобщения. Почти все писавшие о романе отмечали, что художественный мир «Мастера и Маргариты» вырастает в результате переосмысления разнообразных культурно- эстетических традиций. Реалистический гротеск «Мастера и Маргариты» как бы вырастает из гротескной романтической структуры: Булгаков трансформирует традиционные для романтического гротеска ситуации, фигуры и мотивированы, придавая им иные, реалистические функции. открыть »

Дон Кихот

Так, Марсела и следующие за ней повсюду влюблённые молодые люди перевоплотились в персонажей пасторальных романов и отныне строят свою жизнь в соответствии с канонами этого жанра. Они наряжаются в пастушеские костюмы, поют пастушеские песни, вырезают на стволах деревьев имена своих возлюбленных и т.д. и таким образом проецируют на свою жизнь пасторальный этикет. По сути, они создают очередную пастораль - и в этом сродни Дон Кихоту, который всей своей жизнью «пишет» рыцарский роман, где сам же выступает в качестве главного героя. Они разыгрывают свою жизнь, творят её по образцу литературного жанра и в то же время живут в романе. С другой стороны, играют они настолько всерьёз, что превратившийся из студента в пастуха Хризостом по-настоящему умирает. Он умирает словно актёр на сцене, и на его похороны стекается отовсюду огромное количество любопытных зрителей, привлечённых спектаклем в реальной жизни, да ещё с такой драматической развязкой. Театр оказывается неотделим от жизни, и все события совершаются в общем для всех участников художественном мире. Инородные, замкнутые эпизоды, принадлежащие уже иному, не «этому» миру, с точки зрения «этого» мира, это театр, маскарад, пастораль, «не жизнь» или искусственная, «ненастоящая» жизнь. открыть »

Воплощение антитезы «власть – бунт» в повести А.С.Пушкина «Капитанская дочка»

Художественное произведение развивается рядом с научно- исследовательским произведением. Пушкин – художник является в «Капитанской дочке» как «переводчик» жизненного материала с его фактографией и исторической закономерностью на язык художественного. Это по-своему подчеркивает Абрам Терц в «Прогулках с Пушкиным»: « ураган навел автора на благую мысль о буране, из которого очень скоро вылупился Пугачев в «Капитанской дочке» С другой стороны, снежная буря в степи явилась достойной прелюдией и символом революции, подхваченной нашими классиками, что тоже плотно ложится на пугачевский бунт». (15) Кто же такой Пугачев в художественном мире Пушкина? Как он соотносится с Пугачевым историческим? Мы видели, как интересовала Пушкина тема самозванца. И хотя он признавал лишь власть, данную от Бога, все же он благоговел перед людьми, осмелившимися бросить вызов истинному правителю. Пугачев был фигурой таинственной, и Пушкин бесконечно стремился постичь природу и личность этого человека. Она, эта природа, теснейшим образом связана в романе со стихией. Пугачев появляется внезапно из «мутного кружения метели», в предварение мужицкого бунта Он – оборотень и – как оборотень – не поддается четкой фиксации. открыть »

Искусство Римской империи 1 в. н. э.

На стенах внутри арки - рельефы с изображением Тита и его войск, вступающих в Рим после победоносного окончания Иудейской войны (илл. 275 6). В рельефах развертываются сцены, исполненные движения, с фигурами, идущими не вдоль фона, как раньше, а из глубины, по диагонали, в разные стороны, так что фон рельефа воспринимается как реальное пространство. Сильная выпуклость фигур, сложность раккурсов, боковое освещение способствуют живости изображения. В рельефах арки Тита раскрывается новое понимание этого вида скульптуры: в отличие от рельефов Алтаря Мира августовского времени рельефы арки Тита не только не утверждают плоскость стены, но даже разрывают ее, однако, поскольку архитектура арки отличается повышенной живописностью, рельефы объединяются с ней в единое образное целое. Вторая половина 1 в. н.э., в частности период династии Флавиев, - время высоких достижений в римском портретном искусстве. Лучшие произведения этого периода соединяют в себе беспощадную правдивость в передаче натуры с более многосторонней, нежели в республиканском портрете, образной характеристикой и развитым художественным обобщением. открыть »

Философия XVII века и ее влияние на художественное мышление де Сада

Философия XVII века и ее влияние на художественное мышление де Сада И.Ю. Иеронова В системе художественного мышления де Сада основной доктриной становится обоснование зла, а орудием для его утверждения, как ни парадоксально это может показаться на первый взгляд, является разум, вытеснивший веру и заменивший бога. Идея не просто зла, но абсолютного зла является центральной в творчестве де Сада, а его аналогом выступает в его художественном мире некое инфернальное, совершенное преступление против всего человечества, поисками и разработкой которого и озабочен садический герой - новый тип героя, шагнувший в мировую литературу со страниц произведений «божественного маркиза». Садический герой, в отличие от традиционных героев просветительской литературы, представляет собой совершенно новый архетип, основными чертами которого становятся мизантропия, мизотеизм, культовое служение пороку и преступлению, нескрываемая враждебность к добру, чудовищный эгоизм и аморализм. Он ставит себя не только над обществом, богом, но и над природой, которую мечтает уничтожить, учинив вселенский бунт, что во многом предвосхищает отдельные черты философии Ф. Ницше. Сложность изучения творчества де Сада состоит в том, что оно не вписывается ни в одно художественное течение эпохи Просвещения, а представляет собой уникальное явление, основной чертой которого является его эклектичность: де Сад не обошел своим вниманием ни один жанр, модный в этот период (диалог идей, философская сказка, трагическая новелла, готический роман, эпистолярный роман, исторический роман). открыть »