О творчестве Толстого

Они не затрагивают страданий души. Безусловное доказательство этого Толстой усматривает в том, что прогресс обессмысливается, если рассматривать его в перспективе смерти человека. К чему деньги, власть и т. п., к чему вообще стараться, чего-то добиваться, если все неизбежно оканчивается смертью и забвением. “Можно жить только, покуда пьян жизнью; а как протрезвишься, то нельзя не видеть, что все это – только обман, и глупый обман!”. Трагизм человеческого бытия, по мнению Толстого, хорошо передает восточная (древнеиндийская) басня про путника, застигнутого в степи разъяренным зверем. “Спасаясь от зверя, путник вскакивает в безводный колодезь, но на дне колодца видит дракона, разинувшего пасть, чтобы пожрать его. И несчастный, не смея вылезть, чтобы не погибнуть от разъяренного зверя, не смея и спрыгнуть на дно колодца, чтобы не быть пожранным драконом, ухватывается за ветки растущего в расщелинах колодца дикого куста и держится на нем. Руки его ослабевают, и он чувствует, что скоро должен будет отдаться погибели, с обеих сторон ждущей его, но он все держится, и пока он держится, он оглядывается и видит, что две мыши, одна черная, другая белая, равномерно обходя стволину куста, на котором он висит, подтачивают ее. Вот-вот сам собой обломится и оборвется куст, и он упадет в пасть дракону. Путник видит это и знает, что он неминуемо погибнет; но пока он висит, он ищет вокруг себя и находит на листьях куста капли меда, достает их языком и лижет их”. Белая и черная мышь, день и ночь, неминуемо ведут человека к смерти – и не вообще человека, а каждого из нас, и не где-то и когда-то, а здесь и теперь, “и это не басня, а это истинная, неоспоримая и всякому понятная правда”. И ничто от этого не спасет – ни огромные богатства, ни изысканный вкус, ни обширные знания. Вывод о бессмысленности жизни, к которому как будто бы подводит опыт и который подтверждается философской мудростью, является с точки зрения Толстого явно противоречивым логически, чтобы можно было с ним согласиться. Как может разум обосновать бессмысленность жизни, если он сам является порождением жизни? У него нет оснований для такого обоснования. Поэтому в самом утверждении, о бессмысленности жизни содержится его собственное опровержение: человек, который пришел к такому выводу, должен был бы прежде всего свести свои собственные счеты с жизнью, и тогда он не мог бы рассуждать о ее бессмысленности, если же он рассуждает о бессмысленности жизни и тем самым продолжает жить жизнью, которая хуже смерти, значит, в действительности она не такая бессмысленная и плохая, как об этом говорится. Далее, вывод о бессмысленности жизни означает, что человек способен ставить цели, которые не может осуществить, и формулировать вопросы, на которые не может ответить. Но разве эти цели и вопросы ставятся не тем же самым человеком? И если у него нет сил реализовать их, то откуда у него взялись силы поставить их? Не менее убедительно возражение Толстого: если жизнь бессмысленна, то как же жили и живут миллионы и миллионы людей, все человечество? И раз они живут, радуются жизни и продолжают жить, значит, они находят в ней какой-то важный смысл? Какой? Не удовлетворенный отрицательным решением вопроса о смысле жизни, Л. Н. Толстой обратился к духовному опыту простых людей, живущих собственным трудом, опыту народа.

Бесконечное потому и является бесконечным, что его нельзя ни определить, ни воспроизвести. Л. Н. Толстой в послесловии к “Крейцеровой сонате” говорит о двух способах ориентации в пути: в одном случае ориентирами правильного направления могут быть конкретные предметы, которые последовательно должны встретиться на пути, во втором случае верность пути контролируется компасом. Точно так же существует два разных способа нравственного руководства: первый состоит в том, что дается точное описание поступков, которые человек должен делать или которых он должен избегать, второй способ заключается в том, что руководством для человека является недостижимое совершенство идеала. Подобно тому как по компасу можно определить только степень отклонения от пути, точно так же идеал может стать лишь точкой отсчета человеческого несовершенства. Понятия Бога, свободы, добра, раскрывающие бесконечный смысл нашей конечной жизни, и есть тот самый идеал, практическое назначение которого – быть укором человеку, указывать ему на то, чем он не является. Пять заповедей христианства Как считает Л. Н. Толстой, суть нравственного идеала наиболее полно выражена в учении Иисуса Христа. При этом для Толстого Иисус Христос не является Богом или сыном Бога, он считает его реформатором, разрушающим старые и дающим новые основы жизни. Толстой, далее, видит принципиальную разницу между подлинными взглядами Иисуса, изложенными в Евангелиях, и их извращением в догмах православия и других христианских церквей. “То, что любовь есть необходимое и благое условие жизни человеческой, было признаваемо всеми религиозными учениями древности. Во всех учениях: египетских мудрецов, браминов, стоиков, буддистов, таосистов и др., дружелюбие, жалость, милосердие, благотворительность и вообще любовь признавались одною из главных добродетелей”. Однако только Христос возвысил любовь до уровня основополагающего, высшего закона жизни. Как высший, основополагающий закон жизни, любовь является единственным нравственным законом. Закон любви – не заповедь, а выражение самой сущности христианства. Это – вечный идеал, к которому люди будут бесконечно стремиться. Иисус Христос не ограничивается прокламацией идеала. Наряду с этим он дает заповеди. В толстовской интерпретации таких заповедей пять. Вот они: 1) Не гневайся; 2) Не оставляй жену; 3) Не присягай никогда никому и ни в чем; 4) Не противься злому силой; 5) Не считай людей других народов своими врагами. Заповеди Христа – “все отрицательные и показывают только то, чего на известной степени развития человечества люди могут уже не делать. Заповеди эти суть как бы заметки на бесконечном пути совершенства.”. Они не могут не быть отрицательными, поскольку речь идет об осознании степени несовершенства. Они – не более чем ступень, шаг на пути к совершенству. Они, эти заповеди, составляют в совокупности такие истины, которые как истины не вызывают сомнений, но еще не освоены практически, то есть истины, по отношению к которым выявляется свобода современного человека. Для современного человека они уже являются истинами, но еще не стали повседневной привычкой. Человек уже смеет так думать, но еще не способен так поступать.

Насилие получило продолжение в обмане. “Ложь поддерживает жестокость жизни, жестокость жизни требует все больше и больше лжи, и, как ком снега, неудержимо растет и то, и другое”. Заключение Толстого часто упрекают в абстрактном морализме. Что он из-за сугубо моральных соображений отрицал всякое насилие и рассматривал как насилие всякое физическое принуждение и что по этой причине он закрыл себе путь к пониманию всей сложности и глубины жизненных отношений. Однако это предположение неправильное. Идею непротивления нельзя понимать так, будто Толстой был против совместных действий, общественно значимых акций, вообще против прямых нравственных обязанностей человека по отношению к другим людям. Совсем наоборот. Непротивление, по мнению Толстого, есть приложение учения Христа к общественной жизни, конкретный путь, преобразующий отношения вражды между людьми в отношения сотрудничества между ними. Не следует также считать, что Толстой призывал отказаться от противодействия злу. Наоборот, он считал, что противиться злу можно и нужно, только не насилием, а другими ненасильственными методами. Более того только тогда по настоящему можно противиться насилию, когда отказываешься отвечать тем же. “Защитники общественного жизнепонимания объективно стараются смешать понятие власти, т. е. насилие, с понятием духовного влияния, но смешение это совершенно невозможно”. Толстой сам не разрабатывал тактику коллективного ненасильственного сопротивления, но его учение допускает такую тактику. Он понимает непротивление как позитивную силу любви и правды, кроме того, он прямо называет такие формы сопротивления, как убеждение, спор, протест, которые призваны отделить человека, совершающего зло, от самого зла, призывают к его совести, духовному началу в нем, которые отменяют предшествующее зло в том смысле, что оно перестает быть препятствием для последующего сотрудничества. Толстой называл свой метод революционным. И с этим нельзя не согласиться. Он даже более революционен, чем обычные революции. Обычные революции производят переворот во внешнем положении людей, в том, что касается власти и собственности. Толстовская революция нацелена на коренное изменение духовных основ жизни. Список литературы Введение в философию: В 2 т. М., 1990 Гусейнов А. А. Великие моралисты. М., Республика, 1995 Розенталь М. М. Философский словарь. М., Издательство политической литературы, 1975 Философский энциклопедический словарь. М., 1983 Здесь и далее кавычками будут выделяться ссылки на Л. Н. Толстого.

Биография Л Н Толстого (Том 4)

Но от чрезмерного олимпийского спокойствия Гете веет на нас холодом, как с вершины гигантской горы, покрытой вечным снегом среди недосягаемых облаков. Толстой, не уступая Гете в жизненности творчества и неутомимой бодрости духа, ближе к нам, бедным и малым детям земли, с которыми он находится в постоянном общении, мучимый общими сомнениями и жаждой истины. С первого вступления на литературное поприще его не покидает то "святое недовольство" собой, которое чувствуется затем так ярко в каждом новом произведении, все усиливаясь, пока не разражается в целую бурю к моменту перелома в начале 80-х годов. Недовольство собой и искание правды придают необычайную цельность творчеству Толстого и его гигантской личности, как бы заполняющей тобой полвека жизни русской мысли. В его удивительной личности есть, действительно, что-то символическое. Все, казалось бы, соединилось в его жизни, чтобы дать ему возможное для человека счастье и удовлетворение. Могучий талант, мощный организм, личное счастье при полной материальной обеспеченности, общее преклонение пред гениальным художником, не знающим соперников,- и в то же время неустанно гложущий червь сомнения и недовольства, не дающий ни минуты покоя ... »

Жизнь и Творчество Л.Н.Толстого

В наше время Толстой занимает одно из первых мест среди писателей всей стран и народов по числу переводов его произведений на иностранные языки. Своей жизнью и творчеством Толстой связал и соединил «два века» русской литературы. М.Горький сказал «Не зная Толстогонельзя считать себя знающим свою страну, нельзя считать себя культурным человеком». Список литературы открыть »

Путь к народу

Бунин в своем "Суходоле", "Антоновских яблоках" и других произведениях пропел, как выразился Горький, отходную уходящему классу, с печалью по невозвратному прошлому, то молодой Толстой взирал на упадок и разрушение с веселой, не всегда объяснимой усмешкой. Здесь стоит обратить внимание на эту черту, как о б-щ у ю для всего творчества Толстого. Опять-таки Горький писал ему: "Да, воспринимаю его, Ваш талант, именно как веселый, с остренькой усмешечкой". Произведения о заволжской жизни, с которыми встретится читатель в этом сборнике - "Мишука Налымов" (1910) и "Приключения Растегина" (1913), весьма отличаются от "Повести о многих превосходных вещах", как называлось сначала "Детство Никиты". Ведь мы помним хозяев Сосновки - родителей Никиты добрыми, умными, деликатными людьми, помним их ясную чистую жизнь, чистую совесть и твердые нравственные принципы. А здесь с первых страниц о богатом помещике Михаиле Налымове читатель узнает, что тот "с отвислыми усами, с воловьим, в три складки, затылком" сидит у окна, ждет, не проедет ли кто. "...Не понравится ему проезжий - перегнется за окошко и закричит: "Спускай собак, - моя земля, кто разрешил мимо дома ездить, черти окаянные!.." А сколько безобразий успеет сотворить Мишука в небольшой повести - не счесть! Не лучше и помещики, чью галерею выстраивает писатель в "Приключениях Растегина" ... »

Особенности художественного изображения эпохи Ивана Грозного в творчестве А. К. Толстого

В своих произведениях, посвященных времени царствования Ивана IV, Толстой ставит проблему происхождения тирании, ее политических и нравственных последствий. Он живо ощущает гнетущую атмосферу всеобщей подавленности, неуверенности и безгласия перед тиранией, царившую в эпоху Грозного. Он провозглашает несовместимость человеческого достоинства с деспотизмом. Глава 2. Изображение эпохи Ивана Грозного в лирике А. К. Толстого. Историческая тема в творчестве Толстого раскрывалась в различных жанрах лирики – стихотворениях («Колокольчики мои », «Ты знаешь край »), в сатирической поэме «История государства Российского от Гостомысла до Тимашева ». Но совершенно особое место в его творчестве занимают излюбленные им песни, притчи, былины, баллады («Князь Ростислав», «Старицкий воевода», «Василий Шибанов», «Князь Михайло Репнин», «Ночь перед приступом», «Богатырь», «Поток-Богатырь», «Государь ты наш батюшка », «Чужое горе», «Змей Тугарин», «Песня о походе Владимира на Корсунь», «Три побоища» и другие). Баллады Толстого занимают значительное место не только в его творчестве, но и во всей истории русской поэзии. Тургенев, характеризуя оставленное Толстым литературное наследие, отмечал, что он был « создателем нового у нас литературного рода – исторической баллады, притчи, легенды; на этом поприще он не имеет соперников».1 Толстой писал баллады в течение всей своей литературной деятельности. открыть »

Владимир Соловьев - критик и публицист

Первого Соловьев объявил не только предтечей, но уже и представителем нового религиозного искусства. Указывая на "главное в творчестве Толстого", Соловьев утрировал его художественный мир, подчеркивая его неподвижность, его ясность и определенность. Несмотря на неприятие Соловьевым творчества Толстого, мысль о сопоставлении двух великих писателей "в главном" оказалась плодотворной. Соловьев противопоставлял "художественные миры" по их динамическому состоянию: "неподвижность" - "движение". Это было очевидным упрощением, которое тем не менее оказалось полезным при литературно-критическом анализе. На недостижимой художественной высоте для Соловьева стоял Пушкин. О Пушкине он говорил не только в статьях, ему посвященных, но и почти всегда, когда речь шла о поэтах и поэзии. Давая характеристику Тютчеву, Фету, Полонскому, А. Толстому, Лермонтову, Соловьев каждый раз возвращается к образцу и идеалу поэзии - к Пушкину. Но особенно пристально рассматривает он судьбу и творчество великого поэта в особых статьях - "Судьба Пушкина", "Значение поэзии в стихотворениях Пушкина" ... »

Нравственные и идеологические противоречия в творчестве Л.Н. Толстого

Соответственно, творчество Л.Н. Толстого охватывает большой период времени – с пятидесятых годов девятнадцатого века до десятых годов двадцатого века. Оно выросло на почве современности, стало её зеркалом и правдивой летописью, её могучим рупором. «Почти в каждом новом произведении, - писал о Толстом Н.Г. Чернышевский, - он брал содержание своего рассказа из новой сферы жизни Как расширяется постепенно круг жизни, обнимаемой произведениями графа Толстого, точно так же постепенно развивается и самое воззрение его на жизнь.» Эти две стороны идейного и творческого развития молодого писателя, проницательно отмеченные Чернышевским, характерны и для всего последующего пути Толстого в литературе. Как меняется сам гений и его взгляды на жизнь так менялись сами герои его произведений. Изображение духовного роста человек, «диалектики души» - самое пожалуй, характерное в творчестве Толстого. Но этим истинно человеческим качеством – богатством душевного мира – он наделяет только симпатичных ему людей. Эта своеобразная традиция прослеживается на протяжении всего творческого пути писателя. открыть »

Шпора по философии, кандидатский минимум

Жизнь каждого человека не бесконечна, а обрывается смертью, небытием история мировой культуры раскрывает извечную связь поисков смысла человеческой жизни с попытками разгадать таинство небытия, а также со стремлением жить вечно и если не материально, то хотя бы духовно, нравственно победить смерть. Понимание смысла и ценности человеческой жизни опирается, следовательно, на учении о социальной сущности человека. Мысль о неизбежности биологической смерти человека, проходящие красной нитью через творчество Толстого, неразрывно связана у него с утверждением нравственного, духовного бессмертия человека. Смерть страшна для тех кто не видит как бессмысленна и погибельна его одинокая личная жизнь, и кто думает что он не умирает 18. Формы логического мышления и роль языка 46. Мировоззрение, его структура, роль в в их образовании. Понятие языка науки. жизни человека. Мировоззрение и философия. Логика – это наука о бытии. Абстрактное Мировоззрение - это обобщенная система мышление представляет собой результат взглядов человека (и общества) на мир в языковой коммуникации. открыть »

Вертикальный контекст в новеллах Томаса Манна

Музыка – особый вид искусства, непосредственно воздействующий на эмоциональную, духовную сферу человека. По моему мнению, Томас Манн, мастерски, талантливо внося музыку в свои новеллы, сознательно использует этот прием для более яркого изображения «мира искусства, духа», подчеркивая тем самым тонкую организацию внутреннего мира Тонио Крегера и отрешенность от реального мира Детлефа Шпинеля. В музыкальных сценах новелл особенно ярко, с удивительной, необыкновенной силой проявляется писательское мастерство Т. Манна. Чувствуется, что автор не только тонко разбирается в предмете, но и очень любит музыку, музыку Вагнера. Я уверена, что даже человек, совершенно не знакомый с творчеством Вагнера, читая новеллу «Тристан», почувствует необыкновенную силу и красоту этой великой музыки, и, кто знает, возможно, Томас Манн подвигнет его на более близкое знакомство с ней. Читатель, если он имеет дело с некомментированным текстом, для полноценного восприятия этих новелл, должен иметь представление о музыке Вагнера, творчестве Толстого, Чехова, Шекспира, философии Ницше и Шопенгауэра, готической архитектуре, стиле ампир. открыть »

История как искусство членораздельности

Реинтерпретируя раннее творчество Толстого и специфику его взгляда на мир через создаваемую им систему формальных приемов, Эйхенбаум делает вывод о том, что уже начиная с ранних дневниковых записей основой творческого метода писателя была выработка такой позиции и такого способа наблюдения, которые позволяли бы ему дифференцировать и разлагать на простые составляющие «смутный, слитный, неразложимый поток чувств» и явлений действительности 43. Наиболее обнаженного и овеществленного характера такая позиция и метод наблюдения достигают в «Севастопольских рассказах», в эйхенбаумовском анализе которых опоязовский способ наблюдения и оптический аппарат, отбирающий релевантный для наблюдения и описания материал, также приобретают объективирующее измерение. Согласно Эйхенбауму, основным приемом разрушения романтического батального канона становится у Толстого переключение внимания на «внешнюю позицию наблюдателя, которого он сталкивает с “настоящими” образами войны» 44. «Настоящими» образами войны становятся израненные и расчлененные человеческие тела, по крайней мере именно эти образы оказываются в центре исследовательского внимания Эйхенбаума. открыть »

Философские искания Л.Н. Толстого

С точки зрения русского писателя и мыслителя Л. Н. Толстого (1828–1910) драматизм человеческого бытия состоит в противоречии между неотвратимостью смерти и присущей человеку жаждой бессмертия. Воплощением этого противоречия является вопрос о смысле жизни – вопрос, который можно выразить так: есть ли в моей жизни такой смысл, который не уничтожался бы неизбежно предстоящей мне смертью?. Толстой считает, что жизнь человека наполняется смыслом в той мере, в какой он подчиняет ее исполнению воли Бога, а воля Бога дана нам как закон любви, противостоящий закону насилия. Закон любви полней и точней всего развернут в заповедях Христа. Чтобы спасти себя, свою душу, чтобы придать жизни смысл человек должен перестать делать зло, совершать насилие, перестать раз и навсегда и прежде всего тогда, когда он сам становится объектом зла и насилия. Не отвечать злом на зло, не противиться злу насилием – такова основа жизнеучения Льва Николаевича Толстого. Религии и теме непротивления в той или иной форме посвящено все творчество Толстого после 1878 года. открыть »

Лев Николаевич Толстой (жизнь, творчество)

Главный герой трилогии духовно близок автору, наделен автобиографическими чертами. Эту особенность творчества Толстого впервые отметил и объяснил Чернышевский. «Самоуглубление», неутомимое наблюдение над самим собой было для писателя школой познания человеческой психики. Дневник Толстого (писатель вел его с 19 лет в течение всей своей жизни) был своеобразной творческой лабораторией. Изучение человеческого сознания, подготовленное самонаблюдением, позволило Толстому стать глубоким психологом. В созданных им образах обнажается внутренняя жизнь человека — сложный, противоречивый процесс, обычно скрытый от посторонних глаз. Толстой раскрывает, по словам Чернышевского, «диалектику человеческой души», т. е. «едва уловимые явления. внутренней жизни, сменяющиеся одно другим с чрезвычайнбй быстротой и неистощимым разнообразием». Повесть «Детство» начинается событием пустяковым. Карл Иваныч убил муху над головой Николеньки и разбудил его. Но это событие сразу же приоткрывает внутреннюю жизнь десятилетнего человека: ему кажется, что учитель нарочно его обижает, он горько переживает эту несправедливость. открыть »

Эволюция философских взглядов Л.Н. Толстого

Нравственный пафос, пронизывающий всё творчество Толстого, позволяя Чернышевскому уже на материале ранних произведений определить специфику нравственного чувства писателя, его «особенный оттенок». Второе рождение Толстого Сознательная жизнь Толстого – если считать, что она началась с 18 лет – подразделяется на две равные половины по 32 года, из которых вторая отличается от первой как день от ночи. Речь идет об изменении, которое является одновременно духовным просветлением – о радикальной смене нравственных основ жизни. В сочинении “В чем моя вера?” Толстой пишет: “То, что прежде казалось мне хорошо, показалось дурно, и то, что прежде казалось дурно, показалось хорошо. Со мной случилось то, что случается с человеком, который вышел за делом и вдруг дорогой решил, что дело это ему совсем не нужно, – и повернул домой. И все, что было справа, – стало слева, и все, что было слева, – стало справа”. Хотя повести и рассказы приносили славу Толстому, а большие гонорары укрепляли состояние, тем не менее его писательская вера стала подрываться. открыть »

Война и Мир

Идеи возрождения человека, народа, человечества составляет пафос творчества Толстого. Начиная со своих ранних повестей, писатель глубоко и всесторонне исследовал возможности человеческой личности, ее способности к духовному росту, возможности ее приобщения к высоким целям человеческого бытия. В 1851-1854 годах Толстой живет на Кавказе, участвуя там в военных действиях. В 1854 году его переводят в Крым, здесь он принимает участие в обороне Севастополя. Его впечатления нашли отражение в цикле Севастопольских рассказов. Военные действия, начавшиеся в Крыму, были в глазах Толстого суровым испытанием для России, для разных ее классов. И Толстой надеялся, что этот решительный в жизни страны исторический момент станет толчком к моральному подъему во всех классах общества, создаст то единство интересов и цели всех социальных слоев, в возможность которого Толстой тогда еще верил. К 1856 году исход Крымской войны определился. Самодержавно-крепостническая система не выдержала решительного испытания. В самых широких кругах русского общества возникло ощущение необходимости и неизбежности преобразований. открыть »

Гуманистические идеи в Российской педагогике 18-20 веков

Позитивистской наукой, в том числе, как считал Толстой, и педагогикой, отторгаются такие родовые характеристики, как духовность и нравственность, поэтому вопрос о смысле и не актуализирован, его как бы нет во внедуховном позитивистском знании. В школах «воспитывают один разум», а «главное идет, как хочет». Условно педагогическое творчество Толстого можно разделить на два больших периода. Первый — с конца 50-х — начала 60-х годов (создание Яснополянской школы, журнал «Ясная Поляна», 1862) и до середины 70-х годов (создание «Азбуки» и «Новой Азбуки»). Второй период — последние 30 лет жизни, время создания религиозно- нравственного учения. И всегда для писателя его педагогическая деятельность — надежный диагностический инструмент проверки прозрений, догадок, возможность вступить в диалог с мыслителями прошлого или современниками. «Непонимание» современников началось с достаточно резкого высказывания Н.Г. Чернышевского по поводу теоретических статей журнала «Ясная Поляна» и постановки Толстым вопроса: «чему и как учить?», якобы непонимания графом актуальных просветительских задач. открыть »

Толстой А.Н.

Толстой Алексей Николаевич (1883 - 1945) Прозаик, поэт. Родился 29 декабря (10 января н.с.) в городе Николаевске Самарской губернии в семье помещика. Был воспитан отчимом А. Бостромом, либералом и наследником "шестидесятников", к которому ушла мать А. Толстого, женщина образованная и не чуждая писательству. Детские годы прошли на хуторе Сосновка, принадлежавшем отчиму. Первоначальное образование получил дома под руководством приглашенного учителя. В 1897 семья переезжает в Самару, где будущий писатель поступает в реальное училище. Окончив его в 1901, едет в Петербург, чтобы продолжать образование. Поступает на отделение механики Технологического института. К этому времени относятся его первые стихи, не свободные от подражания Некрасову и Надсону. В 1907, незадолго до защиты диплома, оставил институт, решив посвятить себя литературному труду. В 1908 написал книгу стихов "За синими реками" - результат первого знакомства с русским фольклором. К этому времени относятся и первые прозаические опыты - "Сорочьи сказки". На раннее творчество Толстого оказал влияние М. Волошин, который в те годы был с ним дружен. открыть »

Доминанта человеческой личности в документальной прозе (по книге И.А. Бунина "Освобождение Толстого")

Достоевский отмечал нечёткость мировоззренческих позиций героев Толстого. Так, в романе «Анна Каренина», Константин Левин «мучается вековечными вопросами человечества: о Боге, о вечной жизни, о добре и зле и проч. Он мучается тем, что он не верующий и что не может успокоиться на том, на чём все успокаиваются, то есть на интересе, на обожании собственной личности или собственных идолов, на самолюбии и проч». Противоречиво было влияние творчества Толстого на духовную жизнь России. Однако, явно неправомерны попытки буржуазных идеологов однозначно, в чисто религиозном духе, трактовать творческое наследие писателя, который будто бы «свёл личность Христа с небес на землю, но зато учение его вознёс до небес». Христианство Бунина – особый вопрос. Оно во многом отличается от христианства Л.Н. Толстого, Достоевского. Писателю одинаково близки и любовь, и вера в неотвратимость божественного возмездия за совершённое зло. Читая Гоголя, Арсеньева он отмечает: «Страшная месть пробудила в моей душе то высокое чувство, которое вложено в каждую душу и будет жить вовеки, – чувство священнейшей необходимости конечного торжества добра над злом и предельной беспощадности, с которой в свой срок зло карается. открыть »

Женский портрет в романе Л.Н. Толстого "Война и мир" (на примере образа Элен)

Изучив приемы создания портрета этой героини, я смогу получить сведения о приемах создания женского сатирического портрета в творчестве Толстого. Работа состоит из двух глав. В первую главу «Портрет в художественном произведении» я поместила сведения из истории портрета («Из истории литературного портрета») и сведения об общих особенностях портретных зарисовок в произведениях Толстого («Портрет в творчестве Л.Н.Толстого»). Во второй главе «Женский портрет в романе Л.Н.Толстого «Война и мир» (на примере образа Элен)» я привожу непосредственное исследование внешних портретных зарисовок Элен на лексическом, морфологическом и синтаксическом уровне («Особенности портретных зарисовок Элен»), а также анализ «примет» героини («Подчеркивание «примет») и деталей портрета («Детали портрета»). Глава 1. Портрет в художественном произведении 1.1 Из истории портрета С того самого момента, как литература становится самостоятельным видом искусства, авторы начинают проявлять интерес к способам и приемам изображения человека в художественном произведении, в ряду которых портрет занимает, пожалуй, первое место. открыть »

Разграничение временных пластов в "Жизни Арсеньева" И. Бунина

Через соотношение времен можно проследить становление памяти и развитие сознания главного героя. Кроме того, через такое сопоставление обнаруживаются экзистенциальные вопросы, волнующие Арсеньева, т.е. основные мотивы (например, мотив смерти: понятие о смерти, данное априорно). Новизна нашего анализа заключается в том, что посредством разграничения временных пластов мы прослеживали концепцию личности, категории памяти, особенности восприятия главного героя, что ранее не делали исследователи творчества И.А. Бунина. В дальнейшем при исследовании «Жизни Арсеньева» планируется изучить работы Ю.Мальцева, В.Линкова «Мир человека в творчестве Толстого и Бунина», а также предисловие Паустовского к книге «Бунин» издательства «Московский рабочий». Основная часть. В 1-ой главе устанавливается тенденция переплетения двух пластов времени: времени повествования и времени непосредственно события, которая будет просматриваться на протяжении всего нашего анализа. Первый абзац: «Вещи и дела, аще не написании бывают, тмою покрываются и гробу беспамятства предаются, написании же яко одушевление » Эта фраза звучит в настоящем как постулат, однако она же отсылает и к прошлому. открыть »